На главную страницу
 
Консультации
Форум
 
 

Советы психолога

 

Новости сайта

Между нами
Советы психолога
Секреты женского очарования
Между нами
Карьера, на работе

 

Не завидуй мне мама !

Сразу оговоримся, речь не идет об эпидемии. Во многих семьях дело обстоит иначе, и есть тому множество счастливых примеров. Но в результате самостоятельных исследований ELLE стало ясно: явление, о котором пойдет речь, существует. Размах его достаточно значителен, чтобы нам набраться смелости и впервые посмотреть на проблему честно.

Несколько грустных историй. По понятным причинам эти женщины не захотели назвать своих имен. "Я не могу найти ответа на вопрос, почему моя мать относится ко мне как - то особенно. Она никогда мне не помогала, а если и делала что - то, то навязчиво напоминала потом об этом. Два года я жила в большом родительском доме с маленьким сыном и слышала только упреки. Я набралась сил и уехала. Я наняла няньку и сама выкручивалась из проблем. Когда мы встречаемся, я готовлюсь к тому, чтобы потом болеть, вспоминая ее слова и тон. Она в любую минуту может мне позвонить. Я обязана звонить часто, чтобы избежать выговора. Мы похожи на сокамерников. Я знаю, что большинство моих подруг живут так же".

"Я всегда пытаюсь приуменьшить свои достижения в разговорах с матерью, потому что ее похвалы мне неприятны: они очень неискренни, и я испытываю от этого колоссальное нервное напряжение".

"Взрослая жизнь, к которой втайне готовятся все девочки, могла бы у меня вызывать стойкое отвращение, если бы я инстинктивно не сопротивлялась ему. Дело было в мелочах. Мама покупает мне платье. Оно розовое, в крупный горох. Я толстая девочка. Платье на мне сидит ужасно. Мама пожимает плечами. Она говорит: "Ну а что, тебе все в обтяжку надо?" На школьный вечер я собираюсь под ее взглядом. Она никогда не спрашивала меня о том, кто мне нравится или кому нравлюсь я. Мы вели не разговоры, а обрывки разговоров. Чего бы это ни касалось, я должна была запомнить: в жизни мне предстоит только терпеть. "А что ты хочешь? Это жизнь", - так и слышу мамин голос. Вспоминая его сейчас, я улавливаю в нем непонятное злорадство. Мы тогда жили на Дальнем Востоке. Однажды во время конной прогулки с одноклассником я услышала о себе: "Девушка с очень светлым взглядом". Я пришла домой, обернула себя куском бархата и простояла час перед зеркалом на цыпочках, пока не услышала голоса родителей у двери. Я поклялась, что моя жизнь будет безоблачной и не такой, как у всех".

"Мама уехала на три недели за границу. Когда московский поезд остановился на перроне нашего города, мы с папой побежали в вагон, чтобы скорее обнять ее. Она сидела в спальном купе в окружении скопища коробок и нескольких чемоданов из хорошей кожи. Она сказала напряженно и слишком весело: "Не терпится покопаться в барахле?" Чемоданы стояли нераскрытыми очень долго. Мама делала вид, что забыла о них. Мне было стыдно и противно. Как будто меня уличили в чем - то постыдном, но простили или простят со временем. С тех пор я никогда не просила ни о чем. Я знала, как ее раздражал мой вечный свитер. Но он был моим знаменем независимости".

"Мама постоянно высмеивает мои успехи на работе, хотя сама так и не имела никакого профессионального роста..".

"Мы с сестрой выросли во власти маминого переменчивого настроения. Она то объявляла нас красавицами, и мы могли сразу получить множество подарков, иногда даже ее украшения и блузки, действительно очень нарядные. Потом она внезапно менялась и отбирала подарки, называя нас неряхами. Мама могла, встретив нас на улице, отругать при одноклассниках за то, что мы одеты, как нищие. Наша одежда была какого - то медицинского назначения: "для тепла", "от ветра". Она могла прямо на улице поднять нам юбки, чтобы убедиться, что мы надели теплые рейтузы. Мы были поднадзорными маленькими преступницами. Она могла сломать хорошее настроение в одну минуту, одним взглядом. Иногда она не разговаривала с нами подолгу. В такие дни в доме повисала тягостная тишина. При этом мы должны были выглядеть веселыми, если кто - то чужой приходил в дом".

"В мой день рождения мама позвонила мне и нравоучительным тоном сказала: "Желаю тебе, чтобы ты уважала и любила своих родителей". Я не бросила трубку, но хотела сделать это".

"Меня дома не хвалили никогда. Пятерки и другие успехи никогда не замечали. Наоборот, успехи как будто толкали маму к безрадостным предположениям. Она говорила: "Что же в этом хорошего?"

хвастовства. "Ах, как я ревнива!" Сказать: "Я завидую!" - невозможно. Мы ищем другие причины гнетущих отношений, но только не эту. И вот почему: зависть заключает в себе действие. Можно изнывать от неразделенной любви - и бездействовать. Можно ревновать - и грызть локти. Зависть же почти мистически активна. Один взгляд завистника заряжен тяжелейшей черной энергией. Поэтому страшный грех - обвинить близкого человека в зависти к тебе.

Говорит психолог Виталий Зимин:

- В приведенных вами историях иногда неясно, кто же кому завидует, иными словами - размывается психологическая граница между "Я" и "Другим".

- и все вокруг гасло. Однажды, после моего первого выступления на сцене, подруга мамы буквально схватила меня на руки, крича во весь голос какие - то восторженные вещи. "Ну все, достаточно", - сказала мама и увезла меня с моего детского триумфа. Дома я сразу должна была заняться обязанностями: уроки и т. п. Телефонная трубка трезвонила, но не поднималась. Вскоре у меня началось что - то вроде депрессии, я растолстела и ела варенье банками. Балет я едва не бросила. Не думаю, что это прямо связано с тем вечером. Но меня знобит от одного воспоминания о нем".

"Мама ненавидит мою домработницу и не упускает возможности, приходя ко мне, накричать на нее, хотя меня моя домработница вполне устраивает и у меня с ней прекрасные отношения..".

"Когда я была в девятом классе, ко мне пришли друзья, что бывало нечасто. Как только все уселись за стол, пришла мама. Она подставила к с полу табуретку и села вместе с нами. Разговора не получалось. Мама прекрасно видела, что ребята смущены. У меня было ужасное чувство, и я до сих пор помню его".

"Когда я забеременела, я сказала моему мужу: "Об этом не должна знать моя мама". Он был поражен, но смирился: только его девяностолетняя бабушка - коммунистка знала тайну и не выдала меня. Я и сейчас, спустя двенадцать лет, не могу объяснить своего поступка. Но знаю: это было требование инстинкта - сохранить ребенка. Я боялась собственной матери и боюсь до сих пор. В письмах к ней я с опаской суеверного человека рассказываю о несуществующих тяготах моей жизни. Когда мне было действительно трудно, я плакала в трубку и просила ее приехать, а она ответила: "Бери пример с меня - я одна тебя вырастила". На самом - то деле меня вырастила бабушка. Маме я досталась тринадцатилетней".

ЗАПРЕТНОЕ ЧУВСТВО

Марина Цветаева подметила "странное явление": едва она дарила подруге свое платье, причем от всей души, их отношения начинали сами собой разрушаться и более уже не восстанавливались. Ничего странного! Зависть - особенное чувство, когда "за - видуемый" воспринимается как самозванец, пользующийся местом, благополучием и вещами "завидующего". Подарить свое - значит создать условия для возникновения в себе зависти. Хорошо, если платье на ней совсем не сидит... Но очень часто зависть возникает у того, кто получил щедрый подарок.

Ясно и другое. Мы стыдимся зависти, считая ее самым страшным пороком. Ревность - очень близкое по симптомам чувство - порой составляет предмет

И это, наверное, не случайно - так оно и бывает в жизни. Еще: в историях много стыда. Стыд существует на поверхности... Зависть - сильное чувство, возникшее одним из первых в человеческой цивилизации. Это древнее чувство. Ревность - более зрелое, поддающееся анализу самим человеком, с ним можно бороться, работать. Впервые завистью, как объектом научных исследований, занялся Зигмунд Фрейд, который утверждал, что девочки испытывают зависть к мальчикам. Другие психоаналитики, особенно женщины, критически отнеслись к утверждениям Фрейда. Однако очевидный факт - женщины испытывают зависть чаще и сильнее, чем мужчины. Мелани Клайн - крупный английский психоаналитик- считала, в отличие от Фрейда, что зависть не имеет сексуальной природы, а является базовым чувством, возникает с рождения, и это есть выражение инстинкта смерти.

Зависть - зло, она возникает как реакция на хорошее, даже слишком хорошее - а часто идеализированное! Известно явление "зависти к терапевту": больной, испытавший в результате врачебных процедур и назначенных врачом лекарств заметное улучшение, вдруг заболевает опять без видимых причин. Человек практически справился с кризисом - вдруг опять приходит "весь в лоскутах". Причина - зависть. Больному хочется разрушить успех аналитика. Врач долгое время воспринимается "слишком хорошим", а сам человек соответственно воспринимает себя как плохого. Зависть - чувство беспомощных. Недаром "зависть" и "зависимость" отличаются только одним суффиксом. Это чувство человека, которому не хватает собственной жизни. Стыд в этом случае понятен как следствие ощущения себя беспомощным. Тема очень сложна...

Возможна ли зависть матери к дочери? ВИТАЛИЙ ЗИМИН Она существует, как и зависть дочери к матери. Все дочери взрослеют и становятся независимыми. Ребенок же зависим остро. Психолог Дональд Винникот утверждал: "Такой вещи, как младенец, не существует!" Иными словами, ребенок неотделим от матери, и стадия психологического симбиоза продолжается довольно долго. Мать инстинктивно пытается ее продлить. У нее есть огромное желание сохранить зависимость ребенка от нее. Какова функция хорошей матери? Она отпускает от себя ребенка осторожно. При этом она борется со своими желаниями и страхами, в форме которых эти желания существуют. "С ним может что - то случиться!" Она твердит это часто не потому, что ребенок подвержен травмам. Она боится пустоты в себе.

А торжествующее: "Я же говорила тебе!" - по любому поводу, от царапины до неудачной любви? Дочь слышит это так часто, что поневоле кажется: от нее так и ждут неудачи.

За счет внешнего контроля мать контролирует свое внутреннее состояние. Она продолжает быть матерью, то есть физически находится в состоянии материнства. Психологически она достигает комфорта, когда точно знает, что происходит с ребенком, а также когда уверена, что происходящее полезно для него.

Но ведь это - только с ее точки зрения! Вспомним, что подавление свойственно человеческой цивилизации. Так создавались государства

стала мать за изучением ее личного дневника. "Я - мама и должна знать твои тайны!" - заявила эта женщина без всякой тени смущения.

Неужели они продолжают и годы спустя чувствовать в себе пустоту и стремятся загнать ребенка "назад" в эмбриональное состояние беспомощности? Раздражение, какое они испытывают при каждом самовольном движении дочери, сродни капризам беременных.

ИГРОК, НО НЕ КАРТА

В западно - европейской культуре, к которой мы, конечно, принадлежим, многие чувства и желания, в особенности в семье, табуировались. Психоаналитик как раз и занимается теми чувствами, которые находятся под запретом, но существуют. Человек

ва, и так они и продолжают существовать. Меняются только формы давления на личность. ШЛ И она завидует оттого, что давлению сопротивляются? Она почти готова мстить? В.З.Да, она недовольна и ждет, что за отказом от зависимости последует наказание судьбы. ВЛМ А если наказание не следует и дочь - отступница устраивается вполне нормально? В.З. Она страдает. SUM Что ей делать?

В. 3. Восхищение - лучший исход развития зависти. Мать может отождествить дочь со своей личностью. Важно, чтобы это не было искусственным. Демонстрация, как бы хорошо она ни исполнялась, не гасит зла. Для зарождения и нормального развития восхищения, которое связывало бы мать и дочь, нужны особые условия...

МАМА ВСЕГДА ПРАВА

В реальной жизни искреннее восхищение матери дочерью встречается даже реже, чем восхищение подруги. Мы имеем примеры настоящей ярости на пустом месте, трудно скрываемого раздражения, нелюбви к внукам, подчеркивания гордой независимости, когда дочь пытается помочь финансово... Зависть между подругами разрешается откровенным разговором, пусть со слезами, а порой и за бутылочкой хорошего вина. В доме все таится, и тем страшнее то, как это обнаруживает себя.

Многие растут под музыку постулатов: "Мама всегда права", "Сперва подумай, что бы на это сказала мама". Итак, мать абсолютно уверена: то, что дает ей психологический комфорт, полезно для дочери. Волнения и сомнения, вполне естественные чувства по поводу растущего ребенка, изгоняются при помощи мертвящих всякое движение норм: приходить домой в восемь, сразу собирать учебники на завтра, не разговаривать по телефону дольше двух минут. Нет волнений - нет и материнских открытий. Так вместо ликующего любопытства: "Ах, вот она какая, моя дочь!" - постоянная, раздраженная потребность в информированности.

Естественным отношениям между матерью и дочерью зачастую мешает русская традиция, требующая чрезвычайно формализованной духовной близости между родителями и детьми: все рассказывать, давать отчет о передвижениях, обсуждать любую перемену во внешности и непременно желать "Спокойной ночи!" маменьке, если даже к ней обращаешься на "Вы".

Одна моя знакомая, будучи уже не подростком, за -

пытается защититься от собственных чувств, часто при помощи агрессии, запрещая себе признаваться в реальности. Он изобретает иную причину своего поведения. Так мать верит, что желает дочери добра, всеми силами разлучая ее с любимым человеком, вместо того чтобы признаться самой себе, что завидует ее счастью. Она перестает совсем сочувствовать дочери, стимулируя самые древние проявления зависти - желание зла.

Ведь никакое другое чувство не агрессивно до такой степени. Как спастись от него обеим сторонам? Так или иначе человек защищается от зависти. Он может приписать зависть другому - завидую не я, мне завидуют. Ваш друг купил отличную машину, вы можете признаться себе: чего больше вы хотите? Чтобы машина оказалась не такой уж и хорошей, то есть обесценить объект зависти. Или вы желаете разрушения того, чему вы завидуете. Это самый худший вариант. Или вы говорите себе: "Я восхищаюсь своим другом и приложу все свои усилия к тому, чтобы купить еще лучше". Гипотетически это тоже не самый лучший вариант: непонятно, нужна ли вам машина или вы хотите вот так отомстить? Есть опасность, что человек затратит слишком много энергии на ненужную и непонятную ему цель. Надо понять, что зависть не грех. Все зависит от того, как вы играете с этим чувством. Здоровье будет, когда человек становится игроком, а не картой. Не прячьте свои чувства. Чем больше человек становится самим собой, тем меньше зла он может ждать от своей вспышки зависти. Он должен не то чтобы смириться, но прямо взглянуть на это: увидеть это в себе. Да и в близких. Надо сказать себе: "Я свободен".

ИСТОРИЯ ПРОБЛЕМЫ

Постоянное чувство стыда и вины, которое испытывают взрослые или взрослеющие дочери, притесняемые материнской завистью, долгие годы были невидимой миру драмой. Исхода не было. Конвоируемый и конвойный. Дочь практически неизбежно повторяла путь матери, историю замужества, мыканья на работу и с работы, злого раздражения по вечерам... Мы уже обсуждали гипотезу о наследовании моделей поведения. Так вот: мать инстинктивно соблюдала неизменный ритуал наследования, поскольку в привычном для нее крылось обещание покоя, психологического комфорта. Почему стремились поскорее выдать замуж - буквально абы за кого? Чтобы дочь не успела лишиться девственности? Как бы не так. Чтобы закрутилось колесо замужества - вечного унылого сценария.

Спасаться бегством- не лучший выход.

Женщина, находящаяся в счастливом браке пятнадцать лет только официально, рассказала, что ее мать до сих пор ждет распада ее брака и разоблачения некоей лжи. Причина кажется абсурдной - брак был заключен по любви, отчего парень с самого начала был объявлен "ненадежным". Двадцать лет ждать подтверждения своей " материнской правоты" и для того накликать несчастья на дом своего уже не юного ребенка...

Мы подходим к тому, что можно назвать настоящим поводом для публикации.

Может быть, впервые за годы существования нашего общества, дочери в массовом, что называется, порядке освобождаются от власти матерей. От власти всех матерей - хороших и плохих, изумительных и жестоких. Молодые женщины становятся независимыми в финансовом плане не просто в молодости - в юности. Иногда-в ранней. Они абсолютно иначе организуют жизнь. Они не позволяют бытовым проблемам удушить в них свежесть восприятия жизни и свежесть физическую Команда ребят - стекломоев приходит к ним мыть окна, или старательная женщина убирает весь дом и ухаживает за ребенком - внуком бабушки, которая гордо и страдальчески ожидает, когда это рухнет. Это не рухнет. Могут исчезнуть деньги, но стиль жизни - никогда. Если исчезнут деньги, взрослая дочь сама будет мыть окна, но она не сделает из окон жупела для семьи.

Строго говоря, ни один из принципов не наследуется.

Впервые дочери в массовом, что называется, порядке освобождаются от власти матерей.

"Когда родился мой малыш, я увидела, что он счастливый ребенок. Я сказала себе, что буду у него учиться счастью. Собственно, больше было не у кого. Жизнь как изнурительная дорога - нет, хватит с меня моего детства'" Это говорит женщина, похожая на других наших героинь, как две капли воды. Ее тоже никогда не хвалили. Ее решения вызывали жестокое сопротивление матери. Она чувствовала гнет зависти и стыдилась своего знания, и она тоже спаслась бегством. Это бегство, планы которого порой вынашиваются с детства, - все еще практически единственный способ, к которому прибегают дочери в обсуждаемой нами ситуации. Но что за этим? Спокойствия они не приобретают. Они признаются, что живут с сознанием вины. Они не знали безмятежного детства, они взрослели, затаясь, - и вот их взрослая жизнь полна тревоги, о которой некому рассказать, да и нечего. Они испытывают страх. Они боятся наказания судьбы - за что, за что?.. Ведь они не переставали любить!

Но почему никто из нас не осмелился, собравшись духом, сказать маме: "Знаешь, я все понимаю. Давай поменяемся местами. Я буду чуть - чуть впереди, а ты - следом. Попробуй изменить все. Попробуй, как я. Наконец - то можно жить посвободнее. Смотри, как у меня здорово получается. Ведь здорово же! Давай, сыграем по - другому в эту игру, что называется жизнь..".

Может, они этого от нас ждут.

Не знаю.

На этот раз мы не даем простых рекомендаций.

Виталий Зимин - психолог, специалист в области психоаналитической психотерапии, член Российской психоаналитической ассоциации. Область его профессиональных интересов - теоретический и клинический психоанализ. Он руководит Психологической консультацией при Академической школе профессиональной психологии. Тел.(095)282 - 1114.

Марина Цветаева подметила "странное явление": едва она дарила подруге свое платье,

причем от всей души, их отношения начинали сами собой разрушаться и более уж восстанавливались. Ничего странного! Зависть. Третий, втирающийся в жизнь двоих.

(По материалам журнала ELLE).


*****

Copyright 2001-2009©
Внимание! Перепечатка материалов сайта без ссылки на источник запрещается!
E-mail: info@nt-esla.ru

Программирование и дизайн © Ses